Эсхил, Софокл и Еврипид - основоположники античной трагедии

Опубликовано admin 08.04.2009 в категории Литература |

Наиболее значительными представителями жанра древнегреческой
трагедии являются Эсхил, Софокл и Еврипид,
жившие в V в. до н. э, Каждое из этих имен — целая эпоха
развития жанра.

Эсхил был основоположником античной трагедии. Именно
он заложил основы этого великолепного, очищающего душу
и возвышающего ум действа.

О жизни Эсхила известно крайне мало. Он родился в 525 г.
до н. э. в Элевсине в семье знатных земледельцев. Будущий
трагик принимал участие в Саламийской битве, продемонстрировав
чудеса храбрости. Исход войны (она закончилась
победой греков) убедил Эсхила в превосходстве афинской
демократии над неограниченной монархией Персии. Этой точки
зрения он придерживался всю жизнь. В конце жизни у Эсхила
возникли серьезные разногласия с афинянами, и он был вынужден
свои последние годы провести на чужбине, Таковы
сведения о биографии Эсхила.

Популярность трагедий этого автора нельзя сравнить ни
с каким другим. Афинские зрители требовали все новых и
новых драматических произведений. Часто трагедии исполнялись
на сцене лишь один раз, чтобы затем быть навсегда
забытыми. А вот некоторые трагедии Эсхила удостоились неслыханной
чести: их ставили по нескольку раз, причем на правах
новых, уже спустя много лет после смерти поэта.

«Зевс - эфир, Зевс земля, Зевс — небо, Зевс — все, и
то, что выше этого», — утверждает Эсхил в сохранившемся
отрывке из трагедии «Гелиады». С точки зрения Эсхила боги
являются блюстителями основ государственного устройства
(разумеется, афинского). Человек обладает свободой выбора,
но он не в силах сбросить груз родовой ответственности —
ответственности за деяния предков. Божественное возмездие
подчас грубо вмешивается в естественный ход вещей, например,
пролитая человеком кровь ближнего порождает Аластора
— чудовищного демона мщения. Этот демон действует,
воплощаясь в реального человека-мстителя, который совершает
поступки по вполне понятным мотивам.

Основная проблематика драматургии Эсхила составляется
из соотношения между сознательным поведением человека
и божественным влинием на него, вопроса правды и
справедливости, торжествующих над «чрезмерностью» во всех ее
проявлениях.

Материал, использованный Эсхилом для создания
трагедий, — это древние героические легенды и сказания.

Автор, как правило, рассказывает о судьбе героя или героического
рода. Излюбленная Эсхилом драматическая форма
— трилогия, то есть три трагедии, связанные общим героем.
Но трагик не только заимствует сказания, но и переосмысляет
их, пронизывает современной проблематикой.

Аристотель в «Поэтике» говорит: «Эсхил черный увеличил
количество актеров от одного до двух, уменьшил партии
хора и придал первенство диалогу». Это зна1 ит, что теперь
трагедия начала утрачивать черты ритуально-обрядового действа,
превращаясь в настоящую драму. До Эсхила единственный
актер говорил мало, сообщая о том, что как бы происходит
за сценой. После каждой его реплики вступал хор и долго
описывал это событие, так сказать, в лирических тонах. Благодаря
появлению в эсхиловской трагедии второго актера
возникла возможность изобразить противоречие, конфликт
между героями. Актеры реагировали на реплики друг друга,
представляя собой борющиеся силы. Выбор системы поведения
в меняющейся ситуации становился сутью конфликта трагедии.

Литературное наследие Эсхила насчитывает около 90 драматических
произведений. Полностью сохранились лишь семь
трагедий (в том числе одна полная трилогия). Наиболее интересной,
пожалуй, является трилогия, состоящая из трагедий
«Лай», «Эдип» и «Семеро против Фив». Эту -рилогию объединяет
мотив родового проклятия, тяготеющий над потомками
фиванского царя Лая. Сохранилась лишь третья, заключительная
часть трагедии.

Суть конфликта такова. Оракул Аполлона предписал фиванскому
цару Лаю ради спасения города остаться бездетным.
Царь ослушался оракула, и из-за этого пострадали потомки
Лая — сын Эдип и внуки Этеокл и Полиник. Судьба трех
поколений последовательно изображена в треу трагедиях, составляющих
трилогию. Сохранилась лишь последняя трагедия,
в которой «семь вождей» осаждают город Фивы, чтобы
поставить царем Полиника, изгнанного его братом Этеоклом.
Главный герой трагедии — Этеокл,.последнш; потомок царя
Лая, над которым тяготеет родовое проклятие. Такая аналогия
выглядит довольно отдаленной, но Этеокл чем-то напоминает
шекспировских героев, в частности Макбета — кавдорского
тана, ставшего путем кровавого преступления королем.
Как и Макбет, Этеокл чувствует свое трагическое одиночество
и испытывает смертельную ненависть к врагу. При этом
потомок Лая горячо любит родину, он хороший организатор,
талантливый вождь, так что его нельзя считать сугубо отрицательным
героем. Этеокл понимает свою обреченность, отправляясь
на поединок с братом — законным владельцем Фив. Он
молит богов пощадить город: о собственной судьбе ему известно
все. И боги действительно щадят город. Но род проклятого
царя Лая прерывается — братья Этеокл i Полиник убивают
друг друга в поединке. Таков финал трагедии.

«Семеро против Фив» — первая из дошедших до нас
древнегреческих трагедий, где партия актера значительно преобладает
над партией хора.

Полностью дошла до нас трилогия «Орестея», состоящая
из трагедий «Агамемнон», «Хоэфоры» и «Эвмениды».
Основа сюжета «Орестеи» — судьба потомков Атрея, над которыми
тяготеет проклятие. Атрей враждовал со своим братом
Фиестом. Атрей убил племянников и накормил Фиеста их
мясом. Демон мщения Аластор ополчился на род Атрея. Сын
Атрея Агамемнон приносит в жертву богам собственную дочь
Ифигению… Жена Агамемнона Клитемнестра убивает своего
мужа… Сын Агамемнона Орест мстит матери за смерть отца…
Эта череда смертей — осуществление мести богов. Особенный
интерес предстваляет заключительная, третья часть трилогии
— «Эвмениды», где изображена борьба богов вокруг Ореста.
Эринии — богини мщения, «старые богини», сталкиваются с
Афиной и Аполлоном, то есть «младшими богами». Аполлон
пытается защитить Ореста, но его покровительства явно недостаточно:
богини мщения настигают его даже в священном
для всего античного мира храме дельфийского оракула;. Далее
действие переносится в Афины, где происходит суд над Орестом.
Эринии требуют немедленного отмщения за убийство.
Афина, покровительница демократии, добивается судебного
разбирательства. В состав суда входят авторитетные граждане
Афин, а председательствуют на нем сама Афина. Эринии
представляют обвинение, Аполлон выступает как адвокат.
Орест возмущен: почему Эринии не преследуют Клитемнестру,
убившую супруга? Ответ богинь мщения таков: она не
была в кровном родстве с мужем. Преступление такое (убийца
— жена, муж — жертва) может быть искуплено. Эрикий это
преступление не касается: они преследуют лишь тех, кто лишил
жизни родственников по крови. Аполлон возразил, подчеркивая
святость брачных уз и важность родства по отцовской
линии. Так столкнулись два принципа: отцовского и материнского
права. Мнения присяжных разделились, но Афина
подала голос за оправдание Ореста, и юноша был оправдан.
Такое судебное решение получило широкую огласку, а учрежденный
Афиной суд стал постоянным юридическим учреждением,
получившим название ареопаг. Интересно, что
богини мщения не остались без дела: их под именем Эвменид
афиняне стали почитать как покровительниц древнего материнского
права. Таким образом, Эринии, ставшие Эвменидами,
полностью подчиняются новому порядку, установленному
Афиной, Теперь они будут гораздо реже вмешиваться в
дела людей. Кроме того, с учреждением ареопага кровная месть
полностью отменяется, а ей на смену приходит гражданский
суд присяжных. Теперь убийца не нуждается в религиозном
очищении, как требовал дельфийский оракул: он становится
обыкновенным подсудимым, чью судьбу решает суд.
Трагедия «Эвмениды», пожалуй, лучше всего характеризуют
Эсхила-трагика, остававшегося сторонником общественного
прогресса. Не забудем, что в финале этого любопытнейшего
драматического произведения главный герой остается
в живых, а Афины оглашаются возгласами всеобщего
ликования. Так божественная и человеческая справедливость
торжествуют над мощью древних стихийных сил мщения.

Вторым великим трагиком Древней Греции является
Софокл (около 495—406 гг. до н. э.).
Почему Софокл занимает срединное положение в
трехзвсздии афинских трагиков? Это связано не только с его
возрастом (он младше Эгхнла, но старше Еврипида), но и с
некоторыми чертами его биографии. Согласно античной легенде,
биографии трех великих трагиков соотносятся со значительным
историческим сибытием — битвой при Саламине в 480 г.
до н. 5., в которой греки разгромили персидский флот Так
вот, зрелый муж Эсхил принимал участие в этом сражении,
мальчик Софокл приветствовал возвращение победителей в
составе праздничного хора, Еврипид же родился в год Саламинской
битвы.

Софокл родился в Колоне, предместье Афин. Его отец
был владельцем оружейной мастерской. Софокл получил достаточное
по тем временам образование. Позднее он неоднократно
занимал выборные должности, но ничем не выделялся
среди прочих «честных афинян», имевших определенный вес
и авторитет в обществе. Интересно, что Софокл не избегнул
своеобразного античного мистицизма: он верил предсказаниям
оракулов, в вещие сны и даже некоторое время был жрецом
одного из местных мистических культов, проповедовавших
чудесные исцеления. Софокл был любимцем афинян:
после смерти он был причислен к миру героев. К его могиле на
протяжении долгих лет приносились ритуальные жертвы.

Творческое наследие Софокла огромно: за 60 лет он написал
123 пьесы. 24 раза он получал на состязаниях авторовтрагиков
призы и ни разу в более чем ста соревнованиях не
занимал последнего места. Этот результат ?ie удалось превзойти
никому из античных трагиков. До нашего времени дошло лишь
7 полных трагедий Софокла и ряд отрывков. Среди сохранившихся
трагедий следует назвать такие .произведения, как
«Антигона», «Царь Эдип», «Эдип в Колоне», «Электра», «Филоктет».
Все они отмечены печатью замечательного драматического
мастерства.

Герой Софокла выглядит более самостоятельным, чем
герой Эсхила. Он в большинстве случаев сам (или почти сам)
решает, как ему действовать. Софокл редко выводит на сцену
богов, а действие высших сил проявляется в оправдании или
осуждении избранной героем линии поведения. Автор считает,
что покорность воле богов — лучший способ жизни для
смертного. Однако человеку свойственно неведение (у Софокла
неведение — философская категория), ведущее к страданию.
Но лишь в страдании, согласно мнению великого трагика,
обнаруживаются лучшие черты человеческой натуры. И
еще одна особенность, характеризующая драматургию Софокла:
в центре его трагедий кризис человеческой индивидуальности,
а не рода. Софокл отказался от принципа трилогии,
присущего Эсхилу, сделав каждую трагедию сюжетно законченной.
Кроме того, он вывел на сцену третьего актера, разнообразя
действие участием второстепенных персонажей (третий
актер исполнял несколько ролей поочередно).

Все трагедии Софокла по-своему замечательны, но есть
среди них одна, ставшая несомненно знаковой в истории европейского
искусства. Это трагедия «Царь Эдип». Уже современники
Софокла считали ее несомненным шедевром. Редкий
случай: эта точка зрения сохраняется и сегодня. Не будем
забывать, что миф об Эдипе послужил основой и для трилогии
Эсхила.

Софокл излагает сюжет мифа по-своему. Фиванский царь
Лай получил предсказание, согласно которому ему грозит
смерть от руки собственного сына. Устрашенный Лай приказал
проколоть ноги новорожденному сьшу и бросить его на
горе Киферон. Но мальчик не погиб: его нашли слуги коринфского
царя .Полиба. Царь усыновил младенца и дал ему имя
Эдип. Став взрослым, Эдип случайно услышал, как один пьяный
коринфянин назвал его мнимым сыном Полиба. За разъяснением
Эдип обратился к дельфийскому оракулу, тот не дал
прямого ответа, но сообщил, что спрашивающему суждено
убить родного отца и жениться на собственной матери. Испуганный
Эдип решил не возвращаться в Коринф и направился
в Фивы — на свою настоящую родину. По дороге ему повстречался
старик (им был Лай — отец Эдипа). Завязалась
ссора, и Эдип убил старика. Затем он освободил Фивы от
наводившего ужас на горожан чудовища — Сфинкса. Благодарные
фиванцы сделали Эдипа царем, ведь престол был свободен
после смерти Лая, о причине которой горожане не догадывались.
Эдип женился на Иокасте — вдове Лая (и собственной
матери), имел от нее детей и в течение многих лет успешно
правил Фивами.

Итак, убегая от собственной судьбы, Эдип, наоборот, приближался
к осуществлению пророчества. Обратим внимание
на то, как древнегреческие зрители воспринимали эту трагедию
(и, к слову говоря, большинство трагедий). Они знали
сюжет мифа в подробностях, от начала до конца, и поэтому
весь интерес зрителей сосредоточивался на саморазоблачении
Эдипа, на том, как невольный преступник сам раскрывает собственные
злодеяния.

Фивы поражает кара свыше: в городе свирепствует моровая
язва. Дельфийский оракул дает недвусмысленный ответ:
в городе пребывает убийца царя Лая — и это причина
эпидемии. Эдип предпринимает самое настоящее расследование,
ведь он остается в неведении относительно личности старика,
убитого им давным-давно. Прорицатель Тиресий хочет
пощадить царя, но все же вынужден сказать, что убийца Лая —
Эдип. В итоге ужасная истина становится явной: Иокаста с
рыданиями покидает сцену. Пораженный горем Эдип выкалывает
себе глаза и требует для себя изгнания. Хор подводит
итог жизни царя, причем слова, исполняемые хором, полны
глубокого участия к Эдипу. По содержанию трагедии дальнейшая
судьба преступного царя остается неясной. Хор прославляет
дельфийского оракула и скорбит об ослаблении древнего
благочестия, падении веры.

Рассказ о творчестве Софокла будет неполным, если мы
не вспомним о предсмертном произведении трагика — «Эдип
в Колоне». В конце жизненого и творческого пути Софокл
вновь обращается к разработке мифа об Эдипе. Автор обратился
еще к одной легенде, повествующей о смерти Эдипа в
Колоне, предместье Афин (откуда был родом сам Софокл). В
«Эдипе в Колоне» автор дает образы слепого отверженного
старца, его верной спутницы — дочери Антигоны, другой дочери
Исмены и сына Клеонта. Имя Эдипа приводит в ужас
всех встреченных им людей. Но царь-изгнанник умирает чудесной
смертью избранника богов и становится источником
благодати для Афин, приютивших его. Так утверждается невиновность
Эдипа перед лицом высших сил. Провидению, року
подвластны дажб боги.

Обращает на себя внимание высокое искусство характеристики
героя, которым в полной мере обладает Софокл. Созданные
им образы и сегодня вызовут немалый интерес у
театрального зрителя. Герои Софокла более человечны, а их
внутренняя жизнь богаче, чем у героев Эсхила. Большое
внимание трагик уделял разработке женских образов, чего не
найдешь у того же Эсхила.

Третьим великим трагиком Древней Греции по праву
считается Еврипид. Он жил и творил почти одновременно с
Софоклом, и Даты его жизни (около 480—406 г. до н. э.) противоречат
красивой биографической легенде, где фигурирует
Саламинская битва.

Еврипид был самым видным соперником Софокла на
афинской сцене, но несмотря на это драматургические новшества
Еврипида с трудом воспринимались современниками. Лишь
пять призов он получил на театральных состязаниях, причем
последний приз был вручен посмертно. Но спустя несколько
десятилетий Еврипид стал любимым драматургом Древней
Греции. Интересно, что из 92 драм, созданных им, сохранилось
19, то есть больше, чем произведений Эсхила и Софокла вместе
взятых. Дошло до нашего времени и большое количество
фрагментов.

Античные авторы сообщают, что Еврипид был мыслителем-
отшельником, владельцем большой библиотеки, что по
тем временам было редкостью. В часы творчества он удалялся
в уединенную пещеру на острове Саламин. В политической
жизни Афин Еврипид не принимал сколько-нибудь деятельного
участия. Такой образ, нетипичный для Афин, нередко
вызывал насмешки. Недобросовестные биографы собирали
сплетни и выдумки об Еврипиде, создав жизнеописание некоего
«женоненавистника», калеки, растерзанного собаками, разумеется,
весьма далекое от действительности. Более вдумчивые
биографы именуют Еврипида «философом на сцене», и
такая характеристика представляется гораздо более правдивой.
Любопытны политические убеждения этого драматурга.
Он считал афинскую демократию достаточно справедливым
способом правления. Однако одним из первых Еврипид заговорил
о тяжелом положении рабов, число которых в Афинах
в несколько раз превышало число свободных граждан. В ряде
трагедий Еврипид утверждает, что по своим моральным качествам
раб может стоять даже выше, чем свободный гражданин.
Он создал образ «благородного раба», получивший популярность
в более позднее время.

Немало внимания Еврипид уделял вопросам семьи и брака.
Его герои с философской отстраненностью рассуждают о
том, нужно ли вообще вступать в брак и иметь детей. А героини
трагедий Еврипида не раз восстают (пусть на словах) против
угнетенного положения древнегреческой женщины, практически
лишенной права на общение, образование, развод и т. д.

Еще одна особенность драматургии Еврипида — критическое
отношение к господствующей религии. Он критически
относится к жреческому сословию, нередко подчеркивает низменные
поступки богов, их жестокость по отношению к людям.
Разумеется, все это — лишь в виде намеков. Прямое отрицание
традиционных религиозных верований могло повлечь
за собой изгнание, а то и казнь (вспомним смерть философа
Сократа). Но ставя проблему, Еврипида почти чикогда не находит
способа ее решения.

Назовем лишь некоторые из сохранившиеся произведений
Еврипида. Это «Ипполит», «Геракл», «Тропики», «Электра»,
«Ион», «Елена», «Ифигения в Тавриде» и другие.

Наиболее характерной для творчества Еврипида можно
считать трагедию «Медея».
Медея — мифологический персонаж из цикла об аргонавтах.
Она дочь царя Колхиды Ээта и внучка бога Гелиоса, обладающая
даром волшебства. Миф рассказывает о том, что лишь
благодаря помощи Медеи Ясону и его товарищам — аргонавтам -
удалось выполнить возложенную на них задачу и добыть
золотое руно. Медея, опасаясь мести на родине, бежит с Ясоном
и становится его женой. Таков вкратце сюжет мифа.

Еврипид, опираясь на древний миф, создал трагедию, главной
героиней которой является Медея — страстно любившая,
но жестоко обманутая женщина.

В прологе к трагедии «Медея» мы знакомились с исходной
ситуацией, отправной точкой, с которой будет развиваться
действие. Из диалога раба и старой кормилицы мы узнаем,
-что Медея, Ясон и двое их детей живут в Коринфе как изгнанники.
Ясон, чтобы улучшить собственное положение, намерен
взять в жены дочь царя Коринфа. Медея в ярости. Она восклицает:
«Умрите, проклятые дети злосчастной матери, и да
погибает весь дом наш!»

Медея не намерена бороться с соперницей, чтобы сохранить
семью. Сама Медея последовала за Ясоном свободно, и
теперь ее пылкая любовь превратилась в страшную ненависть.
Еврипид изображает героя Ясона в сниженном виде. Ясон демонстрирует
низость и малодушие. У Медеи пока еще нет
четкого плана мщения, но ход действия убедительно показывает,
что эти события будут иметь ужасающую развязку.

Медея умело скрывает ярость, чтобы осуществить свой
план. Ради мести она желает погубить не только новую жену
Ясона, но и собственных детей, разрушив тем самым «дом*
неверного супруга. Она посылает дочери Креонта роскошный
убор, пропитанный ядом. Соперница умирает в мучениях, гибнет
и царь Креонт. Чтобы довести свой замысел до конца (и
избежать смерти от рук разъяренных коринфян), Медгя убивает
своих детей.

Развязка трагедии потрясающа по силе сценического воздействия.
Гелиос, бог Солнца (дед Медеи) присылает колесницу,
запряженную драконами, и детоубийца улетает на ней,
унося с собой трупы детей. Ясон тщетно просит жену позволить
хотя бы коснуться тел…

На одном из сценических состязаний трагедия «Медея»
получила лишь третий приз, что означало ее полный провал.
Века спустя «Медею» признают одной из лучших трагедий
античности.

«Медея» показательна тем, что Еврипид внес в античную
трагедию изображение внутреннего разлада в душе героя, борьбы
чувств. В этом произведении можно найти пространные
рассуждения о семье, браке, отцовстве и материнстве, гибельности
человеческих страстей. Еврипид очень свободно трактовал
древний миф в сочетании с пространными рассуждениями,
что, вероятно, и оставило равнодушными многих современников
драматурга, имевших возможность наслаждаться гораздо
более традиционными трагедиями Софокла.

Творчество Еврипида завершило формирование величественного
здания античной трагедии. Последователя трех великих
драматургов не внесли ничего нового в жанр. Позднее
трагедия приобрела более привычные для современного зрителя
черты: драма утратила элемент «священной игры», в пей
стала использоваться любовная интрига, глубже стала
разрабатываться психология персонажей. Таким образом, истерия
античного театра практически завершилась. Бытовая драма,
намеченная Еврипидом, имела большое будущее, что и было
подтверждено дальнейшим развитием европейского театра.